A A A

И.И. Машков «Портрет А.Б. Шимановского». Выставка одной картины

  • Машков И.И. Портрет А.Б. Шимановского
23.01.2015  —  15.03.2015
Телефон:  (8453) 44 03 75

В феврале-марте 2015 года в Балаковской художественной галерее зрители смогут увидеть уникальное произведение Ильи Ивановича Машков из коллекции Радищевского музея «Портрет А.Б. Шимановского» (1922).

Илья Иванович Машков(1881-1944) – один из самых ярких живописцев художественной группировки раннего русского авангарда, выступавшей в начале 1910-х под дерзко провоцирующим названием «Бубновый валет». Критики отмечали его упоение плотью вещей, которое обращается порой в щеголянье силой изобразительности и виртуозностью своего мастерства. Это чувствуется и в «Портрете А.Б.Шимановского» (1922).

Антон Борисович Шимановский, художник и коллекционер, в ту пору новый родственник Машкова, женившегося в 1922 году на Марии Ивановне Даниловой. Шимановский муж её родной сестры. Машков охотно писал новую родню. В изображении Шимановского явное стремление к парадности. В отличие от своих портретов середины 1910-х годов живописец не подчёркивает глубины, а скорее «сплющивает» пространство. План укрупняется, фигура и аксессуары рассматриваются с повышенной пристальностью. Машков озабочен специальным подбором вещей, обладающих запоминающейся индивидуальностью: декоративная колонна карельской берёзы, мебель красного дерева, жостовский расписной поднос, нарядный флакончик, красной меди самовар с заварочным чайником. Образная активность каждого предмета велика, но она не работает на портретную задачу.

Сосредоточенность на иллюзорной передаче вещей служит не столько выявлению духовно-душевных качеств портретируемого, сколько видимых свойств каждого конкретного предмета. Лицо Шимановского, трактованное с натуралистической жёсткостью, открывает характер нелёгкий и сложный. В посадке фигуры, в положении рук, во всём его облике какая-то напряжённость. И это, пожалуй, всё, что можно о нём сказать. Натюрмортные аксессуары по сути ничего не добавляют к психологической характеристике.

Судя по всему, портрет этот изначально именно так и задумывался. Сохранились рисунки к нему. В одном из них уже обозначились и поза модели, и предметное её окружение, и общее решение композиции. Видимо, портреты труднее давались художнику, нежели пейзажи и натюрморты, и требовали длительного продумывания и некоторой предварительной подготовки: для большинства из них он делал графические эскизы. Портретные композиции начала 1920-х, при общей положительной их оценке, вызвали ряд замечаний как в современной мастеру художественной критике, так в последующих трудах исследователей. Машкова корили за перегруженность аксессуарами, за избыточную иллюзорность деталей, за суховатость в трактовке лиц.

Любопытно, какую роль в эффектном обыгрывании аксессуаров играют наиболее традиционные из них для типично «бубнововалетской» картины. Прежде всего, жостовский поднос. И в более ранних работах Машкова подносы выступали не в своей утилитарной функции, а как бы «позировали», будучи развёрнутыми на зрителя в вертикальном положении, как своего рода «картина в картине». Верно замечено: «чем меньше поднос интересовал Машкова как утварь, тем большее значение он приобретал как живописная цитата, как образчик «подносного стиля».

В начале 1910-х годов роспись подносов давала настройку машковской персональной стилистике. И не только в натюрмортах. Ещё в 1911 году Максимилиан Волошин отмечал это стремление живописцев «Бубнового валета» натюрмортно трактовать облик модели: «Они старались упростить и обобщить в основных плоскостях и очертаниях человеческое лицо совершенно таким же образом, как упрощают яблоко, тыкву, лейку, ананас, хлеб». И в колорите тогдашних портретов оставалось это ощущение интенсивной и грубоватой красочности «подносной» росписи.

В портрете А.Б. Шимановского ничего подобного уже нет. Письмо фигуры и лица ближе натуралистическому пониманию портрета, нежели сугубо «бубнововалетскому». И только аксессуары (прежде всего самовар и поднос) дают представление о том, какие живописные возможности открывались в исканиях мастеров объединения. Это, по слову исследователя, «известные атавизмы мироощущения примитива», ещё сохранявшиеся в полотнах И.И. Машкова начала 1920-х годов. Это символы прощания с исканиями ранней поры – не более того. Бубнововалетский период в творчестве художника заканчивался. И уже бесповоротно.


Комментарии: 0
Вы будете первым, кто оставит свой комментарий!
Оставить комментарии
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

НАШИ ПАРТНЕРЫ

"Волгатранстелеком"  "Галерея эстетика"      

         Администрация муниципального образования "Город Саратов"     
ГТРК СаратовИА "Взгляд-инфо"   СарБК    
                       

© 2017 Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры
«Cаратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева»

При использовании материалов, взятых с данного сайта, ссылка на первоисточник
обязательна.
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
410600 Саратов, Радищева, 39
+7 (8452) 26-28-55,
+7 (8452) 26-16-06
E-MAIL:
info@radmuseumart.ru
АФИША В МОБИЛЬНОМ ТЕЛЕФОНЕ
Получайте дополнительную информацию о выставках, мероприятиях и других событиях на мобильный телефон.
ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К НАМ!
 Яндекс.Метрика
Создание сайта: “Инфо-Эксперт”
"Радищевский музей"
Дизайн сайта: М. А. Гаврюшов
"Радищевский музей"