Поддержать
музей
Версия для
слабовидящих
A A A

Мода эпохи романтизма. Цикл: «Мода в искусстве от античности до модерна»

Автор:  Щетина Мария Викторовна

Рубеж 1820-х – 1830-х годов принято считать кульминацией романтизма. Одним из самых модных настроений этого времени был резкий конфликт между реальной действительностью и мечтой. Действительность низка и бездуховна, она пронизана духом мещанства, филистерства, и достойна только отрицания. Мечта – это нечто прекрасное, совершенное, но недостижимое и непостижимое разумом.

В желании продемонстрировать окружающему обществу свою разочарованность, презрение к существующему окружению молодые люди стремились «придать своему костюму живописность, не слишком, в то же время – по словам Теофиля Готье, – выходя за пределы обычной моды». Этому помогал интерес к прошлым эпохам – ещё одна яркая черта того времени. Он формировался и поддерживался благодаря романам Вальтера Скотта, Виктора Гюго, Проспера Мериме, Александра Дюма-отца, а также театральным пьесам, поставленным по их произведениям.

Наглядным отражением этих настроений могут служить портреты Николая Александровича Васильчикова (1799-1864) и его супруги Екатерины Петровны (1801-1851).

К 30-м годам XIX всё большее место в качестве повседневной мужской одежды начинает занимать сюртук. Сюртук Н.А. Васильчикова – серый, с ярко-голубым воротником, подобран к цвету глаз и сшит строго в талию. Пышные у плеча рукава напоминают фасон мужской одежды XV – XVI веков.

Довершает образ галстук чёрного цвета – один из отличительных признаков моды романтизма. «Было модным тогда в романтической школе быть бледным, синеватым, зеленоватым, немного мертвенным, если это было возможным. Это придавало фатальный, байронический вид или вид гяура, снедаемого страстями и угрызениями совести», – писал французский поэт, писатель Теофиль Готье.

Однако заметные в лице Н.А. Васильчикова разочарованность, замкнутость и одиночество не были всего лишь модной маской и позёрством.

Николай Александрович Васильчиков был членом петербургской ячейки Южного общества, участвовал в работе Северного общества. В биографическом словаре декабристов и лиц, проходивших по следствию о восстании 14 декабря 1825 года, составленном секретарём следственного комитета А. Д. Боровковым о нём было сказано: «Членом был Северного общества с 1825 года. Знал только, что целию оного было введение конституции, но никакого в том участия не принимал… Во время происшествия 14 декабря был вне Санкт-Петербурга».

После окончания следствия Н.А. Васильчиков был отправлен служить на Кавказ. Участвовал в русско-персидской войне 1826-1828 годов и русско-турецкой войне 1828-1829 годов.

Представленный на выставке портрет был написан уже после увольнения Н.А. Васильчикова с военной службы. Показательно, что в отставку он был отправлен в звании корнета – младший офицерский чин, соответствовавший 14 (низшему) классу Табели о рангах и более подобающий юноше, а не боевому офицеру. Несмотря на храбрость, проявленную в сражениях, ранение, Н.А. Васильчикову, как находившемуся под следствием, было запрещено носить в отставке военный мундир. Для офицеров это было крайне унизительным наказанием. И в дальнейшем конфликт личности и общества – любимую тему произведений романтиков – Н.А. Васильчикову не раз приходилось испытывать на себе. Ему было запрещено проживать в столице и крупных городах Российской империи и даже в его подмосковном имении за ним был учреждён «строжайший надзор».

Женский костюм того времени, как и мужской, также стремится продемонстрировать неудовлетворённостью «пошлой», тривиальной современностью и использует и для этого обращается к прошлым векам. Объёмные рукава должны были вызывать ассоциации с модами XVI столетия. Из-за своей формы и больших размеров они получили название «жиго», или «бараний окорок» или гиго (франц. gigot – «бараний окорок»).

«А какие встретите вы дамские рукава на Невском проспекте! Ах, какая прелесть! Они несколько похожи на два воздухоплавательные шара, так что дама вдруг бы поднялась на воздух, если бы не поддерживал её мужчина; потому что даму так же легко и приятно поднять на воздух, как подносимый ко рту бокал, наполненный шампанским» — так писал о рукавах «жиго» Николай Гоголь в своей повести «Невский проспект».

Впечатление неземного «воздушного созданья» достигалось путём контрастных сопоставлений.

Талия казалась очень тоненькой не только потому, что её стягивали корсетом, но и от сопоставления с непомерно широкими вверху рукавами и расширенной книзу юбкой.

«Талии тоненькие, узенькие, никак не толще бутылочной шейки, встретясь с которыми, вы почтительно отойдёте к сторонке, чтобы как-нибудь неосторожно не толкнуть невежливым локтем; сердцем вашим овладеет робость и страх, чтобы как-нибудь от неосторожного даже дыхания вашего не переломилось прелестнейшее произведение природы и искусства». (Н.В. Гоголь. Невский проспект).

Низкий вырез декольте обнажал плечи, которые выглядели покатыми и хрупкими. Очень простая для начала 1830-х годов причёска с одной стороны соответствует интимному характеру миниатюрного портрета, а с другой – косвенно подтверждает отстранённость Николая Александровича и Екатерины Петровны Васильчиковых от шумного великосветского столичного общества.

Рассматриваемые портреты показывают нам, как внешний облик человека выражает его внутренние настроения, а «модные капризы» на самом деле являются ни чем иным как отражением тех или иных общественных тенденций.


Комментарии: 0
Вы будете первым, кто оставит свой комментарий!
Оставить комментарии
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

Наши партнеры

© 2019 Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры
«Cаратовский государственный художественный музей имени А.Н. Радищева»

При использовании материалов, взятых с данного сайта, ссылка на первоисточник
обязательна.
КОНТАКТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
410600 Саратов, Радищева, 39
+7 (8452) 26-28-55,
+7 (8452) 26-16-06
E-MAIL:
info@radmuseumart.ru

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К НАМ!
 Яндекс.Метрика
Создание сайта: “Инфо-Эксперт”
"Радищевский музей"
Дизайн сайта: М. А. Гаврюшов
"Радищевский музей"